SOS!!! Особая каста

Имея власть, чиновник получает доступ и ко всем другим жизненным благам

 

О том, чем бюрократы отличаются от простых людей и как они этому научились, «Огоньку» рассказала известный исследователь людей власти

Ольга Крыштановская, руководитель Сектора изучения элит Института социологии РАН — Насколько серьезно можно говорить о том, что в России есть только два социальных класса — чиновники и нечиновники?

— В России главный ресурс — власть. Имея власть, человек получает доступ и ко всем другим жизненным благам: к высокому статусу, к связям с сильными мира сего, к деньгам, к крупному бизнесу. В отличие от многих западных стран, где предприниматель может вести диалог с политиком на равных, в России последний — в привилегированном положении. Более того, стремясь оградить себя от назойливого интереса публики, высшая бюрократия становится особой кастой, живущей по своим внутренним законам. Конечно, сегодня уже нет советской номенклатуры, изменились правила игры, стилистика власти, ее кодовый язык, ее символы. Но все же высшая политическая элита продолжает оставаться в какой-то степени «тайным орденом», братством людей, объединенных общими целями и ценностями. Своим образом жизни, правилами поведения, нормами этот «орден» отличается от общества в целом, а подчас и противостоит ему. Это противостояние рождает сплоченность, внутреннюю организацию. Эта организация называется государство.

 

— Что же за «тайна» объединяет чиновников в «орден»?

— Тайна власти. Они все держат в своих руках. Они принимают общегосударственные решения. Они являются коллективными владельцами государственной собственности. Они формируют образы через электронные СМИ. Большая часть чиновников является лично богатыми людьми. Об этом не принято сообщать обществу, так как считается, что общество, если узнает «тайну элиты», взбунтуется, будет протестовать. Элита не доверяет обществу. Она предпочитается одеваться в латы и закрывать лицо забралом. Посмотрите, Госдума утверждает скромные зарплаты госслужащим. Но никогда не сообщается, что кроме этих скромных зарплат чиновники имеют ежемесячные премии (иногда 4-6 окладов и более), разные бонусы, надбавки за выслугу лет, за государственный чин. Кроме того, часть чиновников «кормится» от бизнеса, входя в советы директоров крупнейших российских компаний. А если перевести все их льготы (госдачи, прислуга, машины и прочее) в денежное выражение, то есть «монетизировать», то ежемесячный доход высокостатусных федеральных чиновников может составить сумму на порядок большую, чем официально утверждается парламентом. Заметьте, это не коррупция. Это просто скрытая, латентная часть зарплаты. Легальной зарплаты. Государство стесняется признаться в реальных расходах на госаппарат. Значит, оно уверено, что общество этого не одобрит.

—Разве возможно это одобрить?

—У нас ведь много лет создавался образ чиновника как такого паразита, казнокрада, жалкого типа, который тащит в свой карман все, что плохо лежит. Однако, в сущности, это не так. То есть уроды бывают везде. Но в целом на государственной службе высокого уровня работают выдающиеся профессионалы. Кроме небольшой группы публичных ньюсмейкеров, они годами трудятся анонимно, никто не знает личной заслуги каждого. Если они оступаются, то рискуют не просто получить выговор, они рискуют свободой. Они ограничены в гражданских правах, иногда не могут выезжать за границу, свободно общаться с иностранцами. В общем, государственная работа — это тяжелейший труд и огромная ответственность. Нужно дать знать об этом людям. И конечно, надо сломать систему «кормления», провести монетизацию льгот чиновников, то есть сделать то же, что они уже сделали с пенсионерами. Надо вывести на свет их доходы, даже если это вызовет шок в обществе. Шок потому, что чиновники окажутся самой высокооплачиваемой группой в стране. Но люди-то и так это знают! Они видят неприступные заборы госдач, видят, на каких машинах мчатся мимо них наши бюрократы. Они знают, что те богаты! И подозревают их в воровстве. Вот в чем дело: из-за латентного характера зарплат чиновники сами загоняют себя в гетто, в элитное гетто. Скажу больше, без ломки старой системы отношений, построенной на «тайне власти», никакой модернизации не будет. Представляете, если бы Белый дом в Вашингтоне каждый раз переходил в собственность бывшего президента и раз в восемь лет приходилось бы строить новый? А ведь у нас так: президентские резиденции дарятся бывшему, а новому президенту стоится новый дворец. Нам пора очиститься от тайн такого рода, ото лжи, от неуверенности в себе самой правящей элиты. Так легче будет жить. Меньше будет политического театра, пустого фарса.

—Телевизионная картинка стала частью этого фарса, как и заборы?

— По сути, режиссеры новостей — это политики, так как они формируют общественные настроения. Телевизор сегодня проводит главную «инаугурацию» в элиту. Появился человек на центральных каналах — все, значит, он в тусовке, в команде, ему предписана роль. Плохо подобранные ньюсмейкеры способны разрушить рейтинги первых лиц государства. И напротив, привлекательные физиономии агитаторов от власти примирят людей с кризисом, успокоят страсти. Реальные режиссеры и акторы остаются в тени. Принимают важнейшие решения далеко не всегда те, кто озвучивает их на экране. Власть также пользуется ТВ, чтобы аккумулировать негативные настроения населения на одном персонаже. Долгое время эту незавидную роль играл Анатолий Чубайс, потом был Кириенко, министры Починок, Зурабов. Вот теперь Кудрин у нас во всем виноват. Чаша народного недовольства переполняется, такого чиновника отводят в тень — на тихую и почетную должность с хорошим вознаграждением.

— Эта непрозрачная система — идеальная среда обитания для наших чиновников?

— Власть не может осуществляться без поддержки, и главной ее опорой является политический класс. Система привилегий делает госслужбу не просто престижной профессией. Это — билет в другую жизнь, собственно, так верховная власть покупает лояльность чиновников. Но тут есть и обратная сторона медали. Ведь из-за непрозрачности правил игры против каждого чиновника в любой момент могут возбудить уголовное дело. Дали квартиру, через год чиновник ее приватизировал. Пришла другая власть, ветер изменился, и теперь к этому чиновнику приходят с вопросом: «Парень, а откуда у тебя деньги на элитное жилье?». Начинается расследование, у опального чиновника могут все отнять, посадить его в тюрьму. Вот как, например, с Михаилом Касьяновым. Когда он был премьер-министром, то мог вполне легально приватизировать свою дачу. Времена изменились, Касьянов стал оппозиционером и теперь объясняет прокурору, откуда у него собственность. О такой опасности знает каждый губернатор, каждый чиновник. Это непременный элемент системы «кормления»: власть как бы разрешает тебе дополнительный доход, но это правило нигде не записано. Если ты становишься неугодным, такой доход будет тебе вменен как преступление. И ведь не взять «чаевые» нельзя: выйдет нарушение корпоративных правил. Да и искушение слишком велико. В государстве, построенном на системе «кормления», все чиновники подвешены на эту ниточку: шаг в сторону и ты из всемогущего князя вмиг превратишься в преступника. Они находятся в постоянном страхе, боятся критиковать, высказывать свою позицию. Это ограничивает зону дискуссии. Тут действуют законы иерархии: начальник решил, подчиненный сделал. Когда решение принято, все остальные участники политического процесса вынуждены подчиняться или становиться агитаторами и пропагандистами, разъясняя смысл решения обществу. Эта атмосфера мало подходит для выработки инноваций.

—Любовь Медведева к блогам породила целую плеяду чиновников-блогеров. Может, так они приблизятся к нечиновникам?

— Лидер задает тон. Он должен идти впереди, предлагая новые форматы. Хотя в блогерстве Медведева есть что-то от петровского отрубания бород боярам: молодой и прогрессивный президент заставляет косное чиновничество идти в Сеть. И оно, скрежеща зубами, заводит сайты, но как общаться с неполиткорректным народом в форумах, представляет себе плохо. Да и смысла в этом не видит, а только одно расстройство, что наезжают на чиновников, критикуют не «отдельные недостатки», а по полной программе богатого русского языка.

— Но, может, это будет способствовать тому, что чиновники у нас поумнеют?

— Чиновники могут быть умными. А вот система — глупой. Придешь в госконтору, общаешься с людьми — умницы, милейшие люди! А начнешь дело делать — андроиды, тупицы, беспросветная волокита. Мы же все чувствуем абсурдность системы, когда часами стоим в очередях в ГАИ, в налоговую, ЕИРЦ или паспортный стол — средневековье! Я считаю, что система важнее людей. В умно выстроенной системе и середнячок будет действовать правильно. В глупой — наоборот, и гений не сможет развернуться. Управленческие ошибки на высшем уровне бюрократии порождают идиотизм на низовых звеньях. Вот так у нас и получается, что в Кремле вроде умнейшие все люди, а государственная телега еле тащится. И блогами тут ситуацию не исправишь. Нужны коренные меры.

— Интересно, хоть какая-то личная выгода от игры «в открытую» может быть для чиновников?

— Возможно, стоит вспомнить об их детях. Сейчас начала формироваться новая аристократия: отпрыски тех же чиновников, бизнесменов, артистов наследуют состояние и положение своих родителей. Эта золотая молодежь появилась у нас стремительно после советского запрета на местничество и клановость. Проблема в том, что нашей новой аристократии — поколению джуниоров — люди отказывают в легитимности, возмущаясь тем, что их слава и богатство незаслуженны. В рамках существующей системы им нет легального места. И об этом должны думать сейчас их родители. То есть реформа отношений элиты с обществом — это, конечно, работа на свое будущее.

<Журнал «Огонёк» № 26 (5104)

Поделиться
ПОЗВОНИТЕ МНЕ
+
Жду звонка!